Елена Васильевна, как так вышло, что спустя 24 года работы в школе вы захотели работать по-другому?

– У каждого учителя наступает момент, когда работа уже не радует и хочется изменений. Однажды в интернете я увидела фрагмент урока в жоховском классе и его обсуждение. Тогда я отнеслась к увиденному скептически – показалось, что хорошо отрепетированный спектакль. В апреле прошлого года я попала на открытый урок в жоховский класс к коллеге из Находни – Татьяне Александровне Круглик (Школа № 12 им. В. Н. Сметанкина) и он меня поразил! Поскольку я знаю и доверяю этому учителю, сомнений, что все по-настоящему уже не было. Очень понравилось дети – активные, добрые, открытые. Мне тоже очень захотелось так работать. Слава Богу, что я преподаю в школе, где есть прекрасный директор, который понимает, что если учитель хочет – ему необходимо помогать.

То есть первый класс в этом учебном году вы набирали уже, как «жоховский»?

– Нет, родители шли в обычный класс, многие – «на учителя», конкретно ко мне. О том, что с новым набором мы начнем учиться по Методике Жохова, они узнали в августе. Реакция была осторожной, даже тревожной: многие опасались, что детям будет сложно. Я сразу сказала: можно перейти в обычный класс. Не ушел никто.

Специального отбора в новый класс не было. Дети абсолютно разные – и по характеру, и по возможностям, в основном со средним и низкий уровенем подготовки. Есть ребенок с речевыми отклонениями, с проблемами здоровья. Одна девочка во второй раз пошла в первый класс, потому что не справилась с программой в прошлом году.

Что поменялось в плане подготовки к урокам в этом году?

– Поменялось буквально все. Раньше я часто думала: почему в первом классе такой скудный материал? Зачем мы сдерживаем развитие детей и так долго считаем единицы? В материалах к урокам я нашла отражение своих мыслей, столько интересных приемов, которые помогают детям легко усваивать сложное! Мы не топчемся на месте, а скачем, причем с ветерком.

Успеть бы выполнить за урок то, что запланировал Владимир Иванович. Но в первое время не покидало ощущение, что я бездельница… Каждый урок я учусь вместе с с детьми. Такое ощущение, будто я сама в первом классе, причем этот класс где-то на планете Марс! У меня освободилось время, чтобы позаниматься с отстающими. Уговаривать никого не приходится – ребята сами подходят и говорят: «А можно я останусь?» Тем, кто не успевает что-то сделать в темпе класса, тоже хочется блистать!

Сколько времени занимает ваше обучение? Насколько сложно это совмещать с работой?

– По четвергам идут вебинары для учителей первых классов — по 3–4 часа. По местному времени они начинаются в 22:00, поэтому чаще всего я смотрю их в записи. Но иногда очень хочется подключаться онлайн – это особая атмосфера и счастье, когда можно задать вопрос методисту напрямую, услышать коллег. Порой в ущерб сну я смотрю и слушаю до конца онлайн и ложусь спать довольная, как будто я встретилась с друзьями.

С чем возникали сложности, как вы с ними справлялись?

– Момент сильного волнения длился до конца сентября – из-за огромной ответственности перед родителями, которые пошли за мной. Получалось не всё: детям было трудно привыкнуть к темпу, на математике мы часто не успевали сделать всё запланированное. Мешала старая привычка – доносить материал до каждого ученика прямо в моменте. Пришлось себя ломать, перестраиваться.

Была еще и еще одна проблема: по программе Жохова на русский язык отводится 7 часов в неделю, а у нас в расписании только 5. Часов на внеурочку в первом классе нет, поэтому приходилось оставлять детей после уроков дополнительно. Но я верила, что всё получится, и постоянно советовалась с коллегами из Находки, которые уже работают по этой системе. Они меня очень поддерживали. Мы до сих пор немного отстаем, но, как они и говорили, «темп будет расти» – так и происходит.

А что помогало работать и придавало уверенности?

Взаимопомощь на уроке. Такого в традиционном классе вы не увидите. Если ребенок забыл букву – подсказывать не принято, должен вспомнить сам. А тут – пожалуйста, можно заглянуть в тетрадь товарища и он будет не против.

Атмосфера урока – совершенно другая. Ребята радуются не только за себя, но и за товарища. Не сразу это стало получаться, маленькие дети могут достаточно эгоистично относиться к предложению поделиться, дать подсмотреть, а тем более похвалить – необходимо было учить их этому целенаправленно. Знаете, это как в жизни: мы все умеем помогать в трудной ситуации, а вот радоваться за другого, замечать его успехи – не всегда.

Чтение. Еще в январе в классе читали всего девять человек. А сейчас читают все, за исключением одного ребенка, у которого есть речевые отклонения.

Первая большая книга, которую мы прочли в класссе – «Сказка о рыбаке и рыбке» Пушкина. После нее дети привыкли спрашивать значение всех слов, которые им непонятны. Обращала ли я на это внимание раньше? Да, но не так подробно. Прочли – и прочли. Сейчас дети задают вопросы про все и книга становится источником бескончных открытий.

Математика. Тут можно наглядно увидеть «вау-эффект» методики. Раньше я вообще не представляла, как объяснить первоклассникам отрицательные числа. А теперь мы играем с «дорожкой шагов» — гениальной находкой Жохова, изучаем термометр, измеряем температуру воздуха и совершенно естественно приходим к пониманию отрицательных чисел! Перед началом уроков я всегда ставлю у входа в класс коробочку с распечатанными примерами – можно взять и потренироваться. Если сначала я напоминала – «возьми, попробуй решить», то теперь я уговариваю детей не брать больше пяти-шести. «Нет, я хочу десять!» – отвечают они. И сидят решают на переменах, пишут на доске друг другу примеры, задают вопросы. То есть ролевые игры у них тоже на тему школы.

Дети учатся договариваться. У меня в классе есть дети с бешеным темпераментом, поэтому конфликты, конечно, возникают. С января я стала замечать, как впервые они начали договариваться – не повышая голос, без кулаков. Например, на уроке я разрешаю кому-то из учеников побыть учителем – переключать слайды. Раньше я сама устанавливала очередность, а сейчас слышу, как на перемене дети ведут переговоры: «Ты в прошлый раз был, давай теперь я!», «А Слава вообще ни разу не был, давайте мы ему дадим!»

«Мы не хотим на каникулы» – слышала от других учителей, что дети так говорят и ждала подобного момента. Перед осенними каникулами все в классе с радостью кричали «ура!» – я даже огорчилась… А во второй половине года получаю сообщения от родителей в общей группе, что дети не рады дополнительной неделе каникул. Больше половины класса! Я подумала: «Ура, наконец-то и я дождалась до таких слов!».

Какие правила вам приходилось устанавливать в классе и насколько успешно?

Самое главное правило – никому не мешать. Хочешь встать – встань, нужно выйти – никто же не запрещает. Один мальчишка, пользуясь этим, стал просто выходить «погулять» – он гиперактивный и ему иногда скучно на уроке. Один раз я запретила и объяснила – почему. Теперь выходит только по делу.

Как меняется роль родителей в таком классе? Что от них требуется?

– Родителям тоже приходится во многом ломать себя. Им, к примеру, было трудно смириться с тем, что домашнее задание у нас выдается «по желанию» и многие дети приходят домой с пустыми руками. Я просила не помогать детям с домашкой, если нужно – только прочитать задание (когда дети еще не умели читать).

Рекомендую выложить на видное место свои умные книжки и энциклопедии, потому что если мы на уроке говорили про обезьян или дельфинов, ребенку обязательно захочется узнать побольше. Этот интерес важно поддерживать, при этом не настаивая и не заставляя – чтобы ребенок сам проявил инициативу. Когда на уроке ему представится возможность «блеснуть» своими знаниями – это уже успех.

– Замечают ли разницу в подходе к обучению родители, дети которых у вас уже учились?

Конечно. Но самая непосредственная реакция была от самих старших ребят. Однажды ко мне забежали пятиклассники поиграть с моими малышами на перемене. Они встали у доски и с умным видом спрашивают: «А давайте решим задачку? Сколько будет 8+5?». Мои первоклашки удивленно смотрят. Я перехватываю инициативу и даю примеры с трехзначными числами. Дети мигом пишут ответы на доске. Пятиклассницы просто застыли: «Елена Васильевна, ну вы даете!» А мои от гордости расцвели.

Когда придет время набирать новый первый класс, я бы обязательно позвала на открытые уроки родителей будущих первоклассников – чтобы они увидели, что умеют дети. В этом случае о Методике они будут знать гораздо больше, чем можно услышать или прочитать и их решение будет осознанным.

Как вы работаете с теми детьми, кто медленнее соображает, не готов к высокому темпу, у кого мотивация к обучению формируется не так быстро и есть сложности с адаптацией к школе?

– Такие дети первое время остаются наблюдателями. Они пытаются работать наравне с классом, но не получается. У меня в начале года был мальчик, который мог лечь на парту и лежать. Но когда никто не подгоняет, не ругает, когда посмотреть ответ у товарища вовсе не зазорно, включиться в работу можно в любой момент. Я задаю ему вопрос – он не отвечает и ту же кто-то поднимает руку: «Я готов помочь!» Его не записывают в отстающие, а раз за разом подталкивают – «давай, пробуй». На данный момент детей, которые бы не работали на уроке – нет.

Мама девочки, у которой сложности со здоровьем и с успеваемостью, сказала мне осенью после открытого урока: «Вообще не понимаю, почему она бежит с удовольствием в класс каждое утро? Я бы на ее месте не хотела бы ходить в школу, где я хуже всех». Но все дело в том, что девочка себя так не чувствует! Она просто ребенок. Ее любят, потому что она добрая и открытая. Она уверена, что у нее получается и ей нравится все делать вместе с другими – даже повторять правильные ответы. Это придает уверенности, а когда человек уверен в себе, он идет вперед. Сейчас эта девочка начала читать, хорошо пишет диктанты. Недавно она в числе первых на уроке считала двузначные числа.

Если бы заранее в нашем классе был жесткий отбор, у слабых детей даже не было бы шанса попробовать себя, а я считаю – шанс должен быть у каждого.

– Один пример, который меня в этом убедил: три раза в неделю я занимаюсь с ребёнком, который находится на индивидуальном обучении. У него диагноз ЗПР 7.1. Все буквы ребенок уже знал до школы, но по мнению специалистов к обучению в 1 классе наравне со всеми он был не готов. Посоветовавшись с мамой, я решила заниматься с ним по жоховской программе. И знаете что? Ребенок прекрасно все усваивает. Три часа в неделю – это совсем мало, но ему настолько нравятся занятия, что я убеждена: если бы он учился в моем классе с 1 сентября, едва ли отличался чем-то от других детей.