Когда решила пройти обучение в Академии гуманной педагогики, я уже работала жоховским учителем. Было ощущение, что мне не хватает какой-то педагогической мудрости, правильного подхода к детям. Одна из мам нашего класса подарила мне книгу Шалвы Александровича. Когда я ее прочла, поняла, что мне было бы очень интересно поучиться у этого педагога. Я позвонила Владимиру Ивановичу и поделилась идеей. Он меня поддержал, но спросил: «Юлия Анатольевна, а как вам кажется – чего мы не делаем из того, что вы нашли в гуманной педагогике?» Я задумалась…

Обучение в Академии длилось год – это более тысячи часов лекций, мастер-классов, практических занятий. Итоговый экзамен я сдавала лично Шалве Александровичу. И в процессе – чем больше я читала, слушала, погружалась в обучение, тем больше убеждалась в том, насколько схожи базовые идеи, подходы, мысли двух авторов. У Владимира Ивановича все уложено в технологичную систему, где уже проработаны сценарии уроков, методические рекомендации, которые приводят к высоким образовательным и воспитательным результатам. А у Шалвы Александровича на первом плане философско-методическая концепция, духовная основа, а приемы, которые будет использовать учитель, он выбирает сам – исходя из ситуации. И в Методике Жохова, и гуманно-личностном подходе Амонашвили, в центре находится ребенок, учитываются его потребности, выстраиваются доверительные отношения, в которых нет места авторитаризму.

Первое, что говорят оба моих учителя – «сначала воспитание, а потом знания». Воспитание первично. Конечно, мы даём знания очень глубокие и качественные – это не обсуждается. Но главное – мы воспитываем. Через литературу, через дружеские отношения, через общение, через саму жизнь, которую мы проживаем в классе. У Жохова это называется социализацией. У Амонашвили – «облагораживанием души и сердца ребёнка».

Шалва Александрович в своей книге «Школа жизни» пишет:

Владимир Иванович говорил о том, что знания имеют смыл в связи с реальной жизнью.

Основной принцип, который объединяет обе методики – природосообразность. В книге Амонашвили «Основы гуманной педагогики» (книга 3 – «Школа жизни») есть целая глава «О движущих силах природы в ребенке». В ней автор говорит, что образовательный процесс строится на «целостности природы ребенка», опираясь на его естественные потребности и стремления. Ребенок развивается благодаря заложенной в нем страсти к развитию, взрослению и свободе. Именно эти внутренние стремления побуждают его познавать мир, учиться и становиться личностью. Поэтому, как подчеркивал Амонашвили, невозможно результативно воспитывать и учить ребенка без учета его природы.

Владимир Иванович раскрывает принцип природосообразности через психофизиологию детского развития. Его методика строится с учетом возрастных закономерностей работы мозга, нервной системы, двигательной активности и особенностей восприятия информации. Поэтому урок включает движение, речь, музыку, эмоциональное проживание материала, игровую деятельность – все это соответствует естественным механизмам развития ребенка.

И Жохов, и Амонашвили считают главным в педагогике ответ на вопрос – какого человека мы стремимся воспитать. А самый важный предмет для воспитания души – это литература. У Шалвы Александровича есть уроки познавательного чтения, в Методике Жохова – уроки литературы с глубоким анализом текста. И там, и там предлагается читать произведения в оригинале, подробно разбирая их и доходя до сути текста. Оба педагога настаивают на том, что важно иметь личную библиотеку ребёнка, чтобы книги, которые он прочитал и проанализировал, стояли на его собственной полке. Это создаёт ощущение причастности к культуре, понимание, что литература – часть жизни, а не просто школьная обязанность.

И Амонашвили, и Жохов говорят о том, что в классе должна быть тёплая, доверительная среда, в которой ребёнок чувствует себя в безопасности, не боится осуждения, может высказать свое мнение и обязательно будет услышан. Шалва Александрович это называет безусловной любовью, которая должна быть у педагога. А Владимир Иванович дает учителю конкретные инструменты, при помощи которых можно такую среду создать. Это уроки этикета, правила взаимопомощи, время на уроке, когда каждый ребенок может что-то рассказать. Мы в классе не просто «проводим» праздник, а учим детей создавать его: брать на себя ответственность, правильно взаимодействовать в рабочем процессе, замечать, уважать и поддерживать друг друга.

Ребенок – не пассивный «обучающийся», которого, как гуся яблоками мы пичкаем знаниями, а активный субъект, который вместе с учителем находится в поиске. Шалва Александрович об этом говорит очень много – про личность каждого ребенка, про отказ от принуждения, свободный выбор тех видов деятельности, которые помогают ученику обрести смысл образовательного процесса.

А в методике Жохова ребенок вовлечен в процесс в каждый момент урока – через игровые формы взаимодействия, частую смену деятельности, блочную структуру занятий, возможность много двигаться.

Эту мысль Константина Ушинского цитирует и развивает Амонашвили в контексте своей педагогической системы. Он считает, что школа должна не «готовить» ребёнка к какой-то будущей жизни через обучение, а воспитывать «с помощью самой жизни». «Идеи общежития» у него – это не про быт, а про созидательное единство детей и взрослых. Владимир Иванович подтверждает это действием – через дружбу, которая культивируется в классе, через разные формы поддержки, выстраивание правильных отношений в коллективе.

Шалва Александрович считает очень полезными и даже необходимыми уроки шахмат, поскольку эта игра развивает способность действовать «в уме» – продумывать ходы, удерживать в несколько вариантов, предвидеть последствия. Он убежден, что уроки иностранного языка нужны не для отметок, а чтобы ребёнок стремился выразить свою мысль и язык естественно вплетался в повседневность – в виде приветствия, коротких фраз, мини‑спектаклей. Так он становится частью «идеи общежития»: дети вместе создают языковую среду, в которую каждый вносит свой маленький вклад.

Именно это мы и делаем в жоховском классе, с таким же подходом. Резюмируя, еще раз хочу сказать, что философская концепция обоих педагогов – единая. В основе методики Владимира Ивановича лежит все то же самое, о чем говорит и пишет Шалва Александрович: безусловная любовь к ребенку, гуманный подход к воспитанию, отказ от авторитаризма, доверительные отношения, дружба, природосообразность.
Я это поняла, когда стала подробно знакомиться с гуманной педагогикой и это открытие было огромной радостью: мы действительно так работаем!

У Шалвы Александровича я подсмотрела переписку с детьми в летний период– мы пишем друг другу письма. Идею подарков для родителей к праздникам или родительским собраниям – тоже. А за то, что многое из его философской концепции стало технологией, я безмерно благодарна Владимиру Ивановичу Жохову. Он дал нам, учителям, возможность всем этим наслаждаться, не ломая голову над тем, как воплотить высокие идеи в реальном уроке.

Знаете, на что похоже мое отношения к двум педагогам, которые на меня повлияли? Когда вы любите двоих своих детей одинаково – невозможно выбрать кого-то одного. А если вдруг вы не сходитесь с близким человеком в каких-то убеждениях – страдаете. В моём случае стардать не пришлось. А очень советую коллегам познакомиться с книгами Амонашвили. Если хочется духовной глубины – читайте «Здравствуйте, дети», «Как живёте, дети?», «Школа жизни». А если стремитесь понять, как всё это применять на практике, – изучайте Методику Жохова. Вы поймёте, что Владимир Иванович смотрел на несколько десятков лет вперёд. В основе его методики – бесценный педагогический опыт многих поколений.

И я желаю каждому педагогу найти путь, на котором философия и технология встретятся в одной точке!